В конце июня 2011 года тесный мир часовых инженерно-конструкторских бюро потрясла новость: Louis Vuitton купила La Fabrique du Temps.

La Fabrique du Temps — это, по сути, два человека, Энрико Барбазини (Enrico Barbasini) и Мишель Нава (Michel Navas), лучшие специалисты в области часовых усложнений. Оба прошли лучшую в отрасли школу: за обучением в Gerald Genta последовали годы работы в Patek Philippe и, в случае Мишеля Нава, Audemars Piguet. Воссоединились они уже в Franck Muller. Оба с удовольствием вспоминают, как работали бок о бок с Мишелем Голе в Жанто.

Это было “золотое время”: у себя в мастерской в шато Franck Muller они могли воплощать свои самые смелые механические фантазии. Однако с началом размолвок между Франком Мюллером и Вартаном Сирмакесом друзья решили попытать счастья в другом месте.

Со своим коллегой Матиасом Бютте они основали BNB, однако и оттуда вскоре ушли. И открыли собственное предприятие под названием La Fabrique du Temps, твердо решив оставаться в рамках небольшой мастерской со штатом в “максимум 12 человек”. Однако с собственным талантом не поборешься. “С течением времени заказов становилось все больше, и нам пришлось расширяться. В мастерской работало 18 человек, и мы взяли еще двоих для налаживания логистики”.

Своим успехом La Fabrique du Temps обязана, в том числе, тесному сотрудничеству с Лораном Ферье, еще одним “выпускником” Patek Philippe. Перед самым уходом из Patek Philippe Ферье предложил тандему из La Fabrique du Temps создать красивые часы в старом стиле, которые бы сочетали в себе все классические каноны часового искусства. Было решено, что корпусом займется сам Ферье, а Барбазини с Нава создадут для него механизм.

“Красивые часы” с тех пор успели заслужить статус культовых. Самые требовательные коллекционеры мира мгновенно разглядели часовой гений марки Laurent Ferrier, чьи творения стали самым чистым воплощением традиций высокого часового искусства.

Знакомство с Хамди Чатти

Именно в этот момент, когда партнеры вновь столкнулись с проблемой роста и потери драгоценной творческой свободы, всеми силами пытаясь не перейти из художников в бизнесмены, им на помощь пришел Хамди Чатти. Только что назначенный главой ювелирно-часового подразделения Louis Vuitton, Чатти решил превратить вверенную ему компанию в настоящую часовую марку, чье будущее он видел среди лучших представителей высокого часового искусства.

“Главным аргументом для нас стали люди, Хамди Чатти и Хосе Фернандес, директор расположенного в Швейцарии производственного комплекса, — признаются мастера. — Мы предпочитаем иметь дело с искренними людьми, а они оба в свое время работали в мастерских у станка и не понаслышке знают, что такое часовое дело. Нас заинтересовал их проект”.

В чем же этот проект заключался? Чатти с Фернандесом задумали создать международную часовую мануфактуру, чьи размеры бы не превышали “100 сотрудников при полной загрузке”. Специально под нее был выделен участок земли в Женеве, где был возведен производственный комплекс, объединивший в своих стенах мастерские Louis Vuitton из Ла-Шо-де-Фон и La Fabrique du Temps.

“Однако нас привлекла не столько сама идея мануфактуры, сколько конкретные требования к созданию часового продукта от Louis Vuitton”.

Мастерам предстояло работать в двух очень четко очерченных направлениях: морская тематика и часы для путешественников. Зато им предоставлялась полная свобода действий в вопросе разработки новой эстетики и усложнений в рамках этих двух тем. “Прежде всего, мы хотим заниматься часовым искусством в его чистом, исконном понимании, овладеть всеми его тайнами. В долгосрочной перспективе мы планируем выпускать часы, достойные Женевского клейма”.

Три модели, считают они, наиболее точно описывают направление их поисков в Louis Vuitton: речь идет о минутном репетире, спроектированном и изготовленном исключительно силами марки, а также об оригинальном Twin Chrono с четырьмя спусковыми механизмами/регуляторами и женском турбийоне с микроротором.

Союз поэзии и точности

Взгляните — в этих моделях заключен целый мир поэтических фантазий двух часовщиков, помноженный на их виртуозное мастерство. Tambour Repetition Minutes. Идея, восхищающая своей поэтичной “простотой”, выделяет его среди великого множества минутных репетиров, представленных на рынке: он не отбивает минуты — зачем, если для этого есть циферблат — он отображает время второго, “домашнего”, часового пояса, напоминая путешественнику о далеком доме.

Tambour Twin Chrono вполне может претендовать на звание самого красивого хронографа. Великолепную читаемость показателей ему обеспечивают три крупных счетчика на циферблате. Основное предназначение Tambour Twin Chrono — “участие” в парусных регатах: он позволяет измерять одновременно два временных интервала, а также разницу между ними, которая отображается на верхнем счетчике. Модель приводится в действие четырьмя калибрами, связанными между собой дифференциалом. Однако “морская” функция является далеко не единственным преимуществом этого оригинального хронографа с исключительно выразительным циферблатом — он не оставит вас равнодушным, даже если вы не имеете никакого отношения к парусному спорту.

Еще один из несомненных шедевров, вышедших из стен La Fabrique du Temps — исключительно инновационная модель Spin Time Regatta, в которой функция обратного отсчета осуществляется посредством миниатюрных цветных кубиков, поворачивающихся вокруг своей оси.

Этот сложный механизм был разработан на основе базового калибра ЕТА 7750, что вызывает неизбежный вопрос: есть ли в планах у Louis Vuitton разработка собственного базового калибра? Друзья искренне надеются на это, хотя, разумеется, решать не им. “Этот калибр предназначался бы для всей группы LVMH, ведь чтобы создать базовый калибр приемлемой стоимости, скажем, в 200 швейцарских франков, а не 500, потребовались бы поистине гигантские промышленные масштабы. Такой проект стал бы ключевой инициативой”. В ожидании возможного решения этого глобального вопроса оба мастера мечтают “создать настоящую часовую марку. Однако все меняется, и мы с большой надеждой относимся к появлению во главе Louis Vuitton Майкла Берка — мы чувствуем большое желание развивать часовое направление марки. К тому же, Louis Vuitton купила Leman Cadrans; здесь мы видим очень серьезный потенциал, в особенности с точки зрения использования инновационных технологий, таких как лазер и другие…”.

Есть ли у них какие-то заготовки на будущее? “Да, — улыбаются оба в ответ. — В своих мыслях и разработках мы ушли на несколько лет вперед. Основной темой останутся путешествия. Нашим следующим детищем может стать женская модель, например, очень романтичная, в фирменном стиле Louis Vuitton, с необычным вариантом отображения времени… Но мы никуда не спешим. Как нам кажется, самое интересное направление — это простота… и надежность! Невозможно за такое короткое время построить крепкую репутацию всего на двух механизмах. Однако в нашем распоряжении имеется очень значительное преимущество: коммерческая мощь Louis Vuitton”. Не так уж плохо для двух мечтателей, чей безупречный вкус дарит им чистое наслаждение свободой творчества.

Источник: журнал Europa Star сентябрь-октябрь 2013